WordPress

Чем на самом деле грозит кризис

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 1
Полезная информация на тему: "Чем на самом деле грозит кризис"с комментариями спецалистов.

Чем на самом деле грозит кризис

Антон Барский, корреспондент журнала

Чем на самом деле грозит кризис,

Или не так страшен черт?

Опубликовано в журнале «Современный предприниматель» № 11 (ноябрь 2008 года)

— Как сегодня создать малый бизнес?

— Очень просто — купить крупный и немного подождать.

Шутка нашего времени

Про финансовый кризис сейчас не говорит и не пишет только ленивый. Даже фольклор уже включился в работу (это к вопросу об эпиграфе). А если включился фольклор, это значит, что в тему «въехал» весь народ, и неопределенные экономические перспективы не такие уж пугающие, как может показаться. Хотя, надо сказать, русские народные шутки в большинстве своем звучат с оттенком фатализма. Нам не привыкать жить в условиях разнообразных кризисов, но это не значит, что в этих условиях не надо разбираться.

Попробуем разобраться с пресловутым кризисом простыми словами, по возможности минуя «высокий штиль» экономической науки.

Откуда?

Говорят, что нынешний финансовый кризис «импортирован» из Америки. По большому счету, так оно и есть. Началось все с того, что американские коммерческие банки выдали слишком много ипотечных кредитов с высоким риском. Страховались от невозвратов по этим кредитам (или, как еще говорят «секьюритизировали» их) банки на рынке ценных бумаг, выпуская серии облигаций. А банки Западной Европы (и не только они), в свою очередь, вкладывались в эти бумаги. В конце концов настал момент, когда банки США не смогли рассчитаться по выданным обязательствам. Между прочим, началось это еще в августе 2007 года. Но этот этап для России прошел практически незамеченным, поскольку в тот момент вовремя сориентировался Центральный Банк России, и принял упреждающие меры. До нас докатилась вторая, более масштабная волна кризиса.

Однако вопрос — какое отношение российская банковская система имеет к ипотечному кризису в США, все равно возникает. Первый, и самый напрашивающийся ответ — российская финансовая система всетаки является частью мировой. Но конкретные подробности таковы: российским банкам не хватало собственных активов, поэтому они активно подпитывались за счет межбанковского кредитования. Крупные российские банки международного уровня (Сбербанк, Газпромбанк, Альфа-банк и т. д.) получали большие кредиты за рубежом. В «нарезанном» виде эти кредиты доставались более мелким банкам уже на внутреннем российском межбанковском рынке.

После того, как кризис на фондовом рынке дошел до европейской и азиатской зон, большая часть кредитных линий «от них к нам» была закрыта — заграничным кредиторам самим не хватало наличности. Как следствие этого, замер и внутрироссийский «межбанк» — нашимто банкам средств не хватало изначально, поэтому все стали придерживать имеющуюся наличность. Вот почему изначально финансовый кризис у нас называли кризисом ликвидности и кризисом межбанковского доверия. Впрочем, эти определения справедливы. Просто они более узкие, и не в полной мере отражают сложившуюся общую ситуацию.

Денег нет, и не будет?

Первым неприятным последствием кризиса стала приостановка выдачи кредитов. Оно и понятно — перекредитовываться под более низкие проценты банки уже не могли. Более того, пытаясь удержать хоть какуюто массу наличности, некоторые банки (например, печально известный «Глобэкс», первым решившийся на такой шаг) остановили досрочную выдачу средств по срочным вкладам. Естественно, эта ситуация живо напомнила людям о событиях 1998 года, и вкладчики в массовом порядке бросились обналичивать вклады, или переводить их в госбанки. По статистике, за сентябрь 2008 года сумма вкладов физических лиц в банке ВТБ 24 увеличилась примерно на 13 млрд руб. Все эти деньги были переведены из коммерческих банков. Положения коммерческих банков эта ситуация, конечно, не улучшила.

На фоне перевода вкладов поползли и слухи о скором дефолте. Правительство, министр финансов, руководство Банка России не единожды опровергали эти слухи, но парадокс заключался в том, что чем больше поступало опровержений, тем упорнее становились слухи (по аналогии все с тем же 1998 годом).

Однако не только правительственные, но и независимые эксперты в один голос заявляют, что сейчас в стране совершенно другие условия. Первое и основное — у государства гораздо больше денег, чем было 10 лет назад. И теперь государство может позволить себе вложиться в сохранение финансовой системы страны.

Кроме того, как заметил в одном из интервью президент Московской международной валютной ассоциации Алексей Мамонтов, современные российские власти учли уроки банковского кризиса 2004 года. Следствием этого стало почти мгновенное принятие программы государственной поддержки финансовой системы — Центробанк и Внешэкономбанк получили возможность не только напрямую вливать деньги в финансовую систему, но и выступать поручителями при межбанковском кредитовании. Если «межбанк» снова будет запущен, восстановится и кредитование предприятий.

Что касается вкладов физических лиц, то по новым поправкам, принятым к закону о страховании вкладов, сумма стопроцентного возмещения сбережений увеличена почти вдвое — с 400 тыс. до 700 тыс. руб. Думается, что эта цифра с лихвой покрывает суммы депозитов большинства вкладчиков. Тему возврата вкладов не обошел даже президент России в ежегодном послании Федеральному собранию. Что характерно, эксперты склонны доверять государству в этом вопросе.

Ну, а кредитование физических лиц (в том числе потребительское) кризис так и не смог парализовать окончательно. Какието кредиты выдавались даже в самой острой фазе нехватки ликвидности, а сейчас потребительское кредитование восстанавливается весьма активно.

Всех уволят?

Вскоре после раскрутки кризиса ликвидности начали появляться сообщения о массовых увольнениях и сокращениях, особенно в крупных компаниях. Естественно, сначала таким образом сокращать расходы начали компании финансового сектора. Следующими в очереди оказались строители и торговые сети. Потом появилась информация о том, что на персонале готовы экономить рестораторы. Наконец, об этом задумались компании «реального сектора» экономики, собиравшиеся инвестировать в новые проекты, и рассчитывавшие под это получить кредиты.

Эти сообщения, включая интервью с уволенными, оказались гораздо более пугающими, чем неочевидные кредитные перспективы, и очень быстро породили страх потерять работу даже у тех, кому это вроде бы не грозило ни немедленно, ни в перспективе.

При этом уместно вспомнить, что вицепремьер, министр финансов Алексей Кудрин с самого начала предупреждал, что сильнее всего кризис ударит по перегретым отраслям экономики — то есть по тем отраслям, в которых в последнее время наблюдался сверхускоренный экономический рост, подпитываемый в том числе и кредитами. Именно к таким отраслям и относятся строительство и недвижимость, а также сетевая розничная торговля (ритейл). В итоге основная масса увольнений, согласно прогнозу министра, пришлась именно на эти отрасли, плюс, естественно, финансовый сектор. На рынке вакансий упал спрос на соответствующих специалистов. Поэтому, пожалуй, можно утверждать, что миф о резком росте безработицы во всех отраслях, связанном с кризисом — это действительно не более, чем миф.

Это может случиться с каждым

При всем том, что нет смысла переоценивать влияние кризиса на течение дел, нельзя и недооценивать его.

Но ситуации, связанные с кризисом, которые могут реально случиться с каждым, на наш взгляд, довольно просты. Попытаем проанализировать несколько таких ситуаций. Учитывая, что предприниматель — сам себе хозяин, возможность внезапного увольнения без выходного пособия рассматривать не будем.

Итак, первая ситуация — отказ в кредите, пока еще не восстановился нормальный ритм корпоративного кредитования. Ситуация эта не так уж однозначно связана с кризисом, просто в условиях финансовой нестабильности увеличивается риск отказа.

Варианты поведения в этом случае вполне предсказуемы — либо искать банк, который согласится выдать кредит, либо отложить проект, требующий заемных средств. Можно идти в государственный банк. Но в сложившейся ситуации даже это не дает гарантии, если вы не являетесь клиентом госбанка, работающим с ним хотя бы последние полгода.

Вторая ситуация — требование банка единовременно погасить остаток существующего долга. В принципе, если условия выставления такого требования прописаны в договоре — достаточно следить, чтобы ни одно из этих условий не оказалось выполненным, тем самым не давая банку повода объявить дефолт по кредиту.

Если условия единовременного погашения по требованию банка не оговорены в кредитном договоре, банк может попытаться сыграть на нарушениях других условий — например, если были просрочены платежи по кредиту, или целевой кредит был израсходован не на те цели, для которых выдавался. Здесь все просто — внимательно следить за графиком платежей, и быть готовым представить документы, подтверждающие целевое использование заемных средств.

При изменении каких-либо сведений, например, паспортных данных предпринимателя или руководства компании, юридического адреса, места регистрации и т. д. — максимально оперативно сообщать в банк, чтобы не было повода упрекнуть в предоставлении заведомо ложных сведений.

Еще одна ситуация, связанная с кредитными организациями — банк просто может обанкротиться в результате кризиса. При этом государство гарантирует только вклады физических лиц. Предпринимателям никто ничего возвращать не будет. Более того, отдельно было заявлено, что «фиктивные» вклады — перевод денег юрлиц во вклады «физиков», тоже не будут компенсироваться.

Однако возникновение неблагополучной ситуации в банке можно просчитать по некоторым признакам. «Первый звонок» — задержки при проведении расчетно-кассовых операций. В этом случае имеет смысл просто закрыть расчетный счет в этом банке и перейти на обслуживание в государственный банк. Хотя бы временно.

Наконец, эксперты советуют в период кризиса умерить «игры» с оптимизацией налогообложения. ФНС, скорее всего, усилит контроль за налоговым администрированием.

Результаты соцопросов

Антон Барский, корреспондент журнала

Согласно последним социологическим исследованиям, 52 процента граждан России считают, что кризис их не затронул. 32,6 процента считают, что подверглись «не сильному» влиянию кризиса, и только 7,9 процента утверждают, что сильно пострадали. Этот опрос проводила исследовательская компания «Башкирова и партнеры» с 10 по 17 октября 2008 года, в ходе исследования было опрошено 1500 респондентов в 110 населенных пунктах России.

[3]

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опросил 1600 человек в 140 неселенных пунктах. Из материалов опроса следует, что 62 процента респондентов утверждают, что за последние 2–3 месяца никто из их знакомых не потерял работу. В Москве и Петербурге этот показатель, как ни странно, еще выше – 74 процента. Примерно 25 процентов опрошенных утверждает, что в их окружении потеряли работу 2–3 человека. И только десятая часть респондентов пожаловалась, что среди их знакомых много уволенных.

Опрос, который мы провели среди читателей «Современного предпринимателя» на сайте > www.spmag.ru > подтверждает данные социологов. Около 49 процентов посетителей сайта считают, что кризис на них никак не сказался, у 20 процентов респондентов сократилось количество клиентов, чуть больше 15 процентов сообщили об отказе в банковском кредите. Сократить штат сотрудников пришлось 7,7 процентам респондентов, и у 5,5 процентов – сорвалась выгодная сделка.

В основном среди «простых» граждан от кризиса пострадали жители крупных городов, работающие в финансово−банковской сфере, или вложившие деньги в ценные бумаги. В основном же у населения нет свободных средств для инвестиций на фондовом рынке, поэтому группа пострадавших довольно малочисленна.

http://spmag.ru/article/2008/11/chem-na-samom-dele-grozit-krizis

Кризис-2020: Россию к зиме ждет дефолт страшнее 1998-го

Правительство должно в срочном порядке изменить принципы ведения народного хозяйства

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 3

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 4

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 5

Главный вопрос, которым сейчас задаются россияне, ждет ли их обвал экономики и дефолт, подобный тому, что случился в 1998 году. На самом деле ситуация может быть куда хуже, чем 22 года назад в силу объективных факторов и неумелых действий правительства.

Большинство экспертов говорят, что как таковой дефолт, то есть отказ государства платить по долгам, в ближайшее время маловероятен. Во-первых, нет той самой системы ГКО, которая накануне кризиса работала как финансовая пирамида. Во-вторых, внешние заимствования России невелики. В-третьих, накоплены немалые резервы, которые еще называют «подушкой безопасности».

Но важно понимать, что резервы, небольшой госдолг относятся к категории выполнения государством своих обязательств. Для граждан важнее, как они будут жить в новых условиях.

Современное положение дел характеризуется такими вещами, как падение цен на нефть и, как следствие, падение курса рубля. На эти серьезные и объективные трудности наложилась пандемия коронавируса, приведшая к закрытию многих предприятий как в России, так и в других странах.

Это значит, что многие предприниматели сейчас разорятся. Дальше — эффект домино. Миллионы человек лишатся работы, рухнет потребительский спрос, а с ним и надежда на восстановление производства и сферы услуг.

[1]

Но самое интересное, что правительство будет иметь возможность не пересматривать свою прежнюю политику. То есть люди будут сидеть дома без работы, перебиваясь случайными мелкими заработками. С другой стороны, много ли нужно в режиме изоляции? В конце концов, можно и про огороды вспомнить.

Государство же продолжит обесценивать рубль, но всё-таки будет выполнять социальные обязательства. Пенсии будут платить, бюджетники будут получать зарплату. Пусть на эти деньги купить можно будет всё меньше и меньше, но ничего критического не произойдет. Проще говоря, народ будет предоставлен сам себе, а государство продолжит прежнюю политику, продавая за рубеж нефть, газ и металлы.

Ситуация может выйти из-под контроля, если пандемия коронавируса затянется. Недавно достигнутое соглашение в рамках ОПЕК+ дает некоторую надежду на восстановление мирового рынка нефти. Однако спрос на сырье упал, и даже когда экономики крупнейших стран начнут восстановление, заполненные резервуары с нефтью еще долго будут обуславливать низкую потребность в топливе.

Хотя и тут теоретически правительство может найти выход. Просто резко сократить закупку импорта и оставить россиян даже без многих предметов первой необходимости. Но опять же, денег у людей не будет, станут донашивать купленное ранее, вспомнят советы по домоводству, как придать вторую жизнь старым вещам. То есть в середине 21-го века страна вернется к уровню жизни столетней давности.

Профессор кафедры экономической политики Санкт-Петербургского государственного университета Геннадий Алпатов считает ситуацию в отечественной экономики очень сложной и предлагает свои рецепты по выходу из кризиса:

— Главным источником бед для нашей экономики стала остановка многих малых предприятий, и никто не знает, сколько эта ситуация продлится.

Вторая причина кризиса — падение цен на нефть и соответственно падение доходов госбюджета. Даже если цены на нефть вырастут вследствие нового соглашения ОПЕК+, то количество этих поставок всё равно существенно сократится. Федеральный бюджет будет получать меньше иностранной валюты от сырьевого экспорта, и чтобы пополнить запасы, опустят курс рубля.

Получается тупиковая ситуация. Доходы от экспорта нефти будут падать, а цена импорта, который в основном состоит из машин, оборудования и товаров народного потребления, будет расти. Но количество средств у граждан будет сокращаться, значит упадет и импорт.

Даже когда эпидемия закончится, сократится и производство, и потребительский спрос.

«СП»: — Можно ли ждать дефолта в таком положении?

— До зимы страна может обойтись без дефолта. Действительно в резервах есть существенные запасы иностранной валюты, падение курса рубля будет происходить.

«СП»: — Не получится ли, что экономика просто перейдет на другие рельсы? Люди будут сидеть без работы, вспомнят про огороды, деньги фактически станут не нужны.

Самый простой и очевидный способ правительству оказать помощь гражданам — это сделать нормальное пособие по безработице. И это вовсе не простая раздача денег «с вертолета», как сделали в Западной Европе. Там уже нормальное пособие существует. Выплаты по безработице должны быть на уровне 60−70% от средней зарплаты. Пока подняли только до уровня прожиточного минимума.

Если в условиях стагнации у людей будут деньги, то будет и потребительский спрос. Таким образом худо-бедно экономика сможет оправиться от простоя.

Но если правительство ничего не будет делать для финансовой поддержки спроса и ссылаться на прежние рецепты, то кризис будет очень тяжелым.

Пока до последнего времени мы видели, что государство делало вложения в крупные инвестиционные проекты. Но какова отдача от них? Тратились средства, это формально увеличивало ВВП, но никого будто не волновало, когда проекты окупятся. Вот строят газопровод, вложения увеличивают ВВП, а окупится ли труба, неизвестно.

Но люди должны чем-то заниматься. Не стоит думать, что ситуация рассосется сама собой. Если ничего не сделать, то беднейшие 20% граждан просто начнут умирать с голоду.

http://svpressa.ru/economy/article/262485/

Обвал, за который заплатят россияне: кто и зачем устроил мировой экономический кризис

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 7

Падение цен на нефть должно было состояться и без пандемии — теплая зима сыграла свою роль.

Однако главная причина падения — это глобальная пандемия. Происходит массовое закрытие предприятий, причем уже не только в Китае, где ситуация как раз стабилизировалась. Резко сокращаются пассажирские перевозки. Недавно Италия объявила, что полностью закрывается на карантин, — целая страна. Израиль закрывает на карантин всех возвращающихся израильтян и перестал пускать в страну иностранцев. Такая самоизоляция означает падение доходов авиакомпаний, туристических сервисов, индустрии развлечений. Снижаются продажи даже продуктов питания — люди больше едят в компании. Во время карантина меньше используется автотранспорт, общественный транспорт. Поэтому всеми ожидается существенное снижение спроса на нефть — возможно, как обычно бывает, ожидания даже превосходят будущую реальность.

Зная все это, большинство аналитиков ожидало сокращения цены нефти на 20-25% от уровня в $60 за баррель, то есть до $45-$50. Однако неожиданно вступил в игру третий фактор: когда ОПЕК решила поддержать цену на нефть и предложила сокращение добычи (в расчете на то, что удастся удержать ее выше $50 за баррель), Россия (ее доля сокращения составляла 3%) отреагировала неожиданным жестким отказом.

Россия объявила, что не только не идет на трехпроцентное сокращение, но выходит даже из предыдущего соглашения и собирается добывать по максимуму. Это заявление звучит странно, потому что у России максимум близок к тому, что она фактически добывает: в отличие от Саудовской Аравии у российских нефтяных компаний нет возможности сильно увеличить производство. При этом в России открыто говорили (например, здесь) о причинах такого действия: мы делаем это не для того, чтобы заработать, а чтобы выбить с рынка американскую сланцевую индустрию.

Если бы Россия уменьшила добычу на свои 3%, а цена упала бы еще на 10%, это означало бы для страны потери в размере примерно 4% от сегодняшней выручки, что для России не очень болезненно. Кроме того, картель мог объявить о снижении, но каждый из его членов немножко схитрил бы, как это нередко и случалось раньше, — Россия бы вообще не почувствовала эффекта договоренности.

В результате демарша стоимость нефти упала в диапазон $35-38 за баррель, «унеся» у России $10-15 с каждой бочки — фактически не менее 25% выручки (максимальным напряжением Россия может увеличить добычу по сравнению с квотой ОПЕК на 10%, сократив потери до 17,5% по сравнению с тем, что она имела бы, пойди она на сделку с ОПЕК). Российский рынок незамедлительно отреагировал: рубль (в котором держат свои сбережения десятки миллионов россиян) упал на 10% (и более чем на 15% с максимумов начала года), индекс РТС, в который в последние год-два года вложилось более миллиона российских граждан, потерял более 30% с последнего локального максимума и торгуется на уровне 45% от абсолютных максимумов, которых он достигал в 2007 году.

Американцы достаточно легко могут уходить с этого рынка, но так же легко, ничего не потеряв, на него возвращаться, когда цена вырастет — они доказали это в 2014–2015 годах

Идея переиграть сланцевых производителей звучит достаточно странно. Во-первых, сланцевая индустрия отличается от конвенциональной тем, что добычу легко сократить или остановить, а затем начать заново. Сланцевая скважина быстро опустошается, их надо бурить все время. Поэтому если вы не хотите больше добывать, вы просто заканчиваете скважину, а новую не бурите. Число скважин падает, добыча сокращается. Американцы достаточно легко могут уходить с этого рынка, но так же легко, ничего не потеряв, на него возвращаться, когда цена вырастет — они доказали это в 2014–2015 годах. Не стоит американцам опасаться и безработицы среди работников сланцевой индустрии: на общем фоне снижения безработицы в США до рекордно низких уровней в добыче сланцевой нефти наблюдается драматический дефицит кадров, и это на фоне диджитализации процессов, которая, по некоторым данным, сократила потребность в трудовых ресурсах в этой индустрии на 40% за 10 лет. В 2014 году в индустрии работало 200 000 человек, в 2017-м — 145 000; в 2019-м — 150 000. Падение добычи в два раза разве что сведет на нет дефицит.

Во-вторых, у американцев добыча захеджирована от изменений цены примерно на 50%, и контракты на поставки в среднем годовые, с жесткими ценами. Поэтому эффект будет не мгновенным, и скорее всего реальное сокращение добычи в США придется на момент, когда последствия пандемии будут проходить, а спрос на нефть восстанавливаться. Это сгладит воздействие падения цены и позволит американцам в большей части остаться в рынке. Да, в сланцевой индустрии есть перекредитованные компании, которые обанкротятся. Но для Америки банкротство компаний — не самая большая проблема. Даже если произойдет смена владельцев нефтяных полей, в целом это не окажет никакого эффекта на индустрию. Возможно даже, что очистившись от «плохого кредита» (в том числе пострадают и российские инвесторы, которые активно вкладывались в высокодоходные долги сланцевиков), компании в США будут еще эффективнее работать. Полная себестоимость сланцевой нефти сегодня около $40-43 за баррель, и на уровне $35-37, который сегодня установился, с рынка вообще почти никто не уйдет — поработают в убыток, на уровне нулевой операционной прибыли.

В–третьих, весь американский нефтегазовый сектор в основном работает на внутренний рынок и напрямую не зависит от мировой цены. Произойдет внутреннее перераспределение прибыли: снижение нефтяных цен поддержит другие отрасли в США. Нефтегаз Штатов дает около 7% их ВВП — это значит, что действия России оказывают поддержку 93% ВВП своего «главного противника». В России, между прочим, доля нефтегаза в ВВП составляет 15%, а внутренние цены на углеводороды и так сильно дотированы. В этом смысле США гораздо лучше защищены от падения цен на нефть, чем Россия. Американский бюджет сводится независимо от цены на нефть (с плановым дефицитом, но от падения нефтяных цен он скорее уменьшится). Доля нефтяных доходов в бюджете там ничтожна, в отличие от России, где бюджет сводится при $40 за баррель, то есть уже сейчас является потенциально дефицитным, а зависимость бюджетных доходов от цены на нефть очень высока.

Возможно, конечно, что в основе этих действий лежат личные обиды нескольких известных людей на сланцевую нефть (да, такое бывает, хоть и звучит странно)

И, наконец, вишенка на торте. Если в Америке начнется рецессия, это угрожает перевыборам Трампа: президент обычно не получает второй срок, если в год его переизбрания с экономикой все плохо. В этом случае к власти придут люди, которые значительно хуже относятся к России, чем Трамп, что для России тоже очень невыгодно. Если в Кремле думают, что нанесут вред США своими действиями, то они, очевидно, выбирают для этого самое неподходящее время.

Возможно, конечно, что в основе этих действий лежат личные обиды нескольких известных людей на сланцевую нефть (да, такое бывает, хоть и звучит странно). На рубеже 2013–2014 годов эти люди официально заявляли, что сланцевая нефть — это миф. Оказалось, что это не так. Сейчас они пытаются отомстить, но отомстить столь же неразумным способом, каким до этого они пытались игнорировать проблему, — методом создания воображаемой реальности, в которой демпинг позволяет уничтожить мощную современную индустрию, как будто мы все еще живем в начале ХХ века, и производители гомогенны.

Можно слышать от ряда комментаторов, что этот шаг был умной игрой на опережение, поскольку все равно кризис был неизбежен, цены бы все равно упали. Этот аргумент не кажется разумным. Можно было бы принять условия ОПЕК, посмотреть на реакцию рынка и решить, что делать потом: выйти из картеля можно всегда. Другие комментаторы утверждают, что США фактически «отбирали себе» весь прирост спроса на нефть в мире, а теперь их долю заберет Россия. Неясно, как она это сделает, ведь возможности прироста добычи в стране ограничены, коэффициент извлекаемости низок, средств на эффективную разведку у компаний нет, а трудноизвлекаемые запасы стоят намного дороже и $35, и $50 и даже $60 за баррель.

Российские граждане, как обычно, оплатят амбиции своих лидеров из своего кошелька

Каковы будут последствия для населения России? Самый заметный эффект — изменение курса рубля. Рубль — очень простая валюта, его курс зависит от цены на нефть на мировом рынке. Когда нефть находится в ценовом коридоре, на рубль влияют мелкие факторы, в том числе деятельность центробанка и монетарная политика Российской Федерации. Но как только на нефтяном рынке начинается крупное движение, рубль неизбежно реагирует, причем совершенно предсказуемым образом. Сейчас рубль отреагировал ровно так же, как он отреагировал бы пять лет или три года назад. Все так же, как было в 2014 году, — только, наверное, в меньшей степени, потому что диапазон падения меньше. На какое-то время нам придется привыкнуть к доллару по 70.

Видимо, катастрофы не произойдет. Однако при этом надо понимать, что если доллар будет стоить 72 рубля, а не 60, — это разница в 20%, которая транслируется примерно в 10%-ное удорожание потребительских корзин, потому что в отечественном производстве велика доля импорта. Поскольку это сопровождается существенным сокращением доходов бюджета, не стоит ждать компенсационных выплат или повышений зарплат бюджетников; напротив, скорее всего ответом государства будет дальнейшее ужесточение налоговой политики. Наполнение бюджета считается в Кремле главной и практически единственной задачей внутренней экономической политики. Российские граждане, как обычно, оплатят амбиции своих лидеров из своего кошелька. Насколько они с этим согласны, мы увидим уже очень скоро, 22 апреля, на голосовании, в сущности, по поводу бессрочного мандата на единоличное правление в стране ее уже почти бессменного лидера.

http://www.forbes.ru/biznes/394745-obval-za-kotoryy-zaplatyat-rossiyane-kto-i-zachem-ustroil-mirovoy-ekonomicheskiy

Не время тратить и отдавать кредиты — копите: эксперт дал совет, как не остаться без денег во время кризиса

Високосный год на этот раз с лихвой оправдал плохой имидж. Быстрое распространение коронавируса вынудило многие страны закрыть границы. Сорванная сделка ОПЕК+ обрушила сырьевые и и фондовые рынки. Резко подешевел рубль. Ситуация напоминает начало глобального финансового кризиса, похожего на тот, что был в 2008 — 2009 годах. Как будет развиваться ситуация в ближайшие месяцы? Чего стоит опасаться? И как лучше сберечь собственные накопления? На вопросы « КП » ответил экономист, глава компании «Личный капитал», автор нескольких бестселлеров по личным финансам Владимир Савенок.

«КРИЗИС ОБЫЧНО ДЛИТСЯ 17 МЕСЯЦЕВ»

— Владимир, как думаете, кризис уже начался или еще нет?

— Мне кажется, он уже начался. И это не российский, а мировой кризис.

— Такой, как был 12 лет назад?

— Кризисы сложно сравнивать. Нельзя войти в одну реку дважды. Условия разные. К примеру, в 2007 году американская экономика (с нее тогда все началось. — Ред.) была очень хрупкая. На рынках были явные пузыри. Сейчас, наоборот, индикаторы более крепкие. Хорошие экономические показатели у многих компаний. Явных пузырей нет.

— А как же Tesla Илона Маска? Ее акции в несколько раз взлетели в конце прошлого и в начале этого года.

— На самом деле я тоже ждал падения рынков в этом или следующем году. Потому что больше 10 лет, прошедших с предыдущего кризиса, это много. Но при растущей экономике падения обычно не бывает. А Tesla — единичный пример.

— Но из-за распространения коронавируса экономика явно перестанет расти.

— Да, ситуация сложная. Вся сфера туризма лежит (и не на шезлонге. — Ред.). Страдают авиаперевозчики. Если все изолируются, а магазины закроются – это будет серьезный удар по экономике. Ситуация явно станет хуже. Прибыли компаний упадут. Но полностью оценить влияние пандемии на экономику очень сложно. Такого еще не было в истории.

— Как долго обычно длятся экономические кризисы? После падения, как мы знаем, всегда бывает подъем.

— Если не брать в расчет 9-летнюю Великую Депрессию, то средняя продолжительность кризисов — около 17 месяцев.

— Ого, прилично.

[2]

— Но что будет сейчас, предсказать невозможно. Слишком много неизвестных. Каждый день появляются новости от Трампа, Всемирной организации здравоохранения, Саудовской Аравии . Как плохие, так и хорошие. В таких условиях очень сложно прогнозировать. Не ясно, чего можно ждать завтра.

«САМОЕ ГЛАВНОЕ — СОЗДАЙТЕ СОБСТВЕННЫЙ РЕЗЕРВНЫЙ ФОНД»

— Финансовые рынки упали, но большинству россиян до этого нет дела. Что будет дальше? Что обычно в кризис происходит? К чему готовиться?

— Рубль уже ослабел, значит инфляция будет выше. Это повлияет на цены в магазинах. У компаний начнутся проблемы, снизятся прибыли. Поэтому будут сокращения персонала. Особенно в тех отраслях, которые больше всех пострадают от последствий эпидемии. Но все будет зависеть от конкретных сроков. Если вакцину разработают быстро, тяжелых последствий может и не быть.

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 10

Рубль уже ослабел, значит инфляция будет выше. Это повлияет на цены в магазинах Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

— Как говорили в прошлый кризис: лучше надеяться на лучшее, но готовиться у худшему. Как именно?

— Самое главное — нужно создать собственный резервный фонд. Если его нет, надо срочно его копить. Если заначка маленькая, нужно ее увеличить. Хотя бы до уровня в шесть ваших месячных доходов. Нужно сократить потребление и максимально откладывать деньги.

— Откладывать — это хорошо. Вопрос в какой валюте?

— Главное — понять ваши цели. Если вы хотите поспекулировать на скачках курсов, я бы не советовал это делать. Колебания сейчас слишком резкие. Можете, наоборот, потерять деньги. Если хотите создать резервный фонд, то дальше все зависит от суммы. Меньше 100 тысяч рублей — можно ничего не делать. Больше 100 тысяч — распределите между валютами. Например, купите на половину капитала доллары или евро. Исключительно для самоуспокоения и защиты от валютных колебаний, потому что точных прогнозов, что будет с курсами сейчас не даст никто.

— Если у меня ипотека или потребительский кредит. Что мне делать?

— Во-первых, новые кредиты точно не стоит брать. Во-вторых, отдавать старые я бы тоже не спешил, особенно ипотеку. Лучше создавать или наращивать резервный фонд.

— Почему? Обычно же считается, что лучше в кризис входить без долгов?

— Если вы можете отдать кредит полностью прямо сейчас — отдавайте. Но если всей суммы для погашения нет, то лучше не торопиться. Ставка по кредиту зафиксирована. Если инфляция в стране вырастет, то тело долга будет съедаться ростом цен быстрее. Плюс могут вырасти ставки по вкладам.

АКЦИИ ПОДЕШЕВЕЛИ. НАЛЕТАТЬ?

— В России уже 4 миллиона частных инвесторов. И большинство из них пришли в тот момент, когда рынок постоянно рос — на 20 — 30% в год. А сейчас многие в больших убытках. Что делать в таких условиях?

— На рынке такое происходит постоянно. Но многие новички оказались не готовы. На самом деле сейчас хорошее время создавать свой инвестиционный план. Ценные бумаги сильно подешевели. Расценки очень привлекательные. Можно уже думать, что вы хотите купить.

Чем на самом деле грозит кризис - картинка 11

Экономист, глава компании «Личный капитал» Владимир Савенок. Фото: Личная страничка героя публикации в соцсети

— Главный вопрос — когда покупать?

— Думаю, лучше подождать пару -тройку месяцев. Сейчас рынок слишком изменчивый. Это как шторм. Надо его переждать, посмотреть на разрушения и потом думать, что делать.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Банки начали подымать ставки по ипотеке. Но не все и не по льготным программам

Банки потихоньку начали повышать ставки по ипотеке, которые в январе-феврале упали до рекордно низкого уровня. Пока из крупных банков о таком решении объявил ЮниКредит. Как следует из информации на его сайте, с 13 марта ипотеку можно взять минимум под 10,4% годовых (это на 1,5 процентных пункта выше по сравнению с прежними условиями). Примерно на столько же выросли ставки в Транскапиталбанке — до 9,99% минимум. Исключение — программа «Семейная ипотека», по ней ставки остались прежними (подробности)

Еще больше материалов по теме: «Падение цен на нефть и курса рубля»

http://www.kp.ru/daily/27104.5/4178460/

Литература

  1. Мельник, В. В. Искусство речи в суде присяжных. Учебно-практическое пособие / В.В. Мельник, И.Л. Трунов. — М.: Юрайт, 2015. — 672 c.
  2. Теория государства и права. — М.: Астрель, Сова, 2013. — 591 c.
  3. Николаева, Т.П. Деятельность защитника на судебном следствии / Т.П. Николаева. — М.: Саратов: Саратовский Университет, 2013. — 574 c.
  4. Кудинов, О.А. Обязательства вследствие причинения вреда и неосновательного обогащения: Юридический комментарий / О.А. Кудинов. — М.: Городец, 2015. — 128 c.

Добавить комментарий

Мы в соцсетях

Подписывайтесь на наши группы в социальных сетях